?

Log in

No account? Create an account
Блог Иры Форд: с сентябрёвой душой да в мартовские дела.

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile
> My Website

January 31st, 2019


09:10 am - О гендерном


- Светлана Михайловна сказала мне дома подумать и найти ответ на вопрос. А завтра сдать в садике зачет, - говорит Гоша, выходя из садика.
- На какую тему надо подумать и сдать зачет?
- Чем отличаются мальчики от девочек.
- И чем?
- Ну, мама! Если бы я знал, я бы уже сдал зачет в садике! Мне надо подумать!

***
И вот мы поужинали. И я говорю:
- Гоша, ты подумал на тему, чем отличаются мальчики от девочек?
- Подумал, - честно говорит Гоша. - Ничего не придумал.
Ясю начинает изнутри разрывать на тыщу маленьких дурацких Ясечек. Она проштудировала, мне кажется, этот вопрос на четвертый день после рождения. У Скорпионов это встроенная опция. Но не всем так везет!

Гоша смотрит растерянно на меня. На Ясю. На себя. Никаких отличий.
Я чуть сдерживаюсь.

У нас в школе была такая присказка: "Ты дурак или придуриваешься?" И я реально не понимаю. Гоша не видит разницы? Или ему неловко озвучить, настолько эта разница не в нашу с Ясей пользу?

Максим сдерживаться устал. Встал около меня. Позвал меня. Стоим, как пионЭры на параде. Говорит: "Гоша, смотри! Девочек и мальчиков сравнивать не будем! Давай, ищи различия между мной и мамой!"

"Так... - Гоша воодушевился. Ты выше ростом. Мама - ниже. У тебя руки волосатые. А у мамы нет! ("А у меня волосатые!" - пищит, задыхаясь от смеха, Ясечка) И еще есть волосы в ушах! ("И в носу!" - вставляет свои пять копеек Ясечка) И родинка на лице! У мамы всего этого нет!"

"Гоша, - возмущается Максим, - это все детали. Это отличает меня от мамы, но не отличает мужчину от женщины. Посмотри, что есть у мамы и чего нет у меня. Внимательно посмотри. Видишь?"

Гоша молчит, насупился и не видит.
И ощущает подвох.
Максим дышит как закипающий чайник.

"Борода?" - уточняет Гоша.
Максим кивает: "А еще?"

Я, привлекая Гошино внимание, приподняла резинку от лифчика под кофтой и щелкнула ей по плечу. Ну сколько можно!

"Лифчик!" - обрадовался Гоша.
Подумал.
И смущенно-вопросительно-радостно поставил диагноз: "Сиськи!"

По мужски, да.
В нашей семье петербургских интеллигентов это называется именно так. Вот мы и попалились. Но лучше так.
Мы аж выдохнули. Но я не думала сдаваться.

"Гоша, тогда так: а что есть у папы, чего нет у меня?"
Гоша молчит. Насупился. Задумался. И тут его снова осенило. Он вспомнил беседы со своим другом Николкой. Николка на пару лет младше, но у него живой интерес и отличные учителя.

Гоша вспомнил Николку и говорит: "Писюн! У мальчиков есть писюн! А у девочек нет! Николка говорит, что девочкам писюн отрубают!"

Ну и вот. Сижу я с отрубленным писюном и фигней занимаюсь. А надо ребенка в садик вести. У него зачет, как-никак. И я могу быть спокойна - кое-что о гендерных различиях он уже знает.

(1 comment | Leave a comment)

09:36 pm - 31 января. Эвакуация


Английский был четвертым уроком. И мы уже пошли на английский с книжками и тетрадками, как на догоняет Ирина Владимировна и говорит, что учебная тревога, и что нам уже не надо идти на английский. А надо быстро одеться и выйти на улицу. И мы обрадовались и побежали одеваться. А Роме надо было сегодня идти к врачу после 3 урока, и мы ему немного позавидовали. Но так получилось, что мы вышли почти сразу после Ромы!

На улице мы сразу пошли на стадион. Там было по колено снега. Но для нас это ничего – мы были в зимних ботинках все. И Ирина Владимировна тоже. А обе учительницы английского были в туфлях. А Кирилл Александрович был просто в спортивном костюме. У него был урок физкультуры, когда ему сказали про эвакуацию, и он успел забежать в тренерскую и взять плед. И он стоял на улице в костюме, а сверху накинул плед. И мальчишки стали смеяться: «Смотрите, Кирюша в полотенце!» И мы все улыбались.
Потому что Кирилл Александрович правда выглядел смешно. А мы уже знали, что учебная тревога длится примерно 15 минут, и значит, нас скоро позовут в школу. И он сможет тогда стащить с себя плед.

Мы так постояли и начали уже подмерзать. И Кирилл Александрович пошел в школу, чтобы попросить принести его одежду. Но его даже не пустили внутрь. И он обратно пришел к нам в пледе. И нам уже не было так смешно. Мы уже почти не улыбались. Хотя Ирина Владимировна нас очень развлекала. Она с нами танцевала и пела. И другие классы стояли хмурые, а мы пели: «Оранжевое небо, оранжевое солнце, оранжевый верблюд. Оранжевые мамы! Оранжевым ребятам! Оранжевые песни! Оранжево поют!» И махали руками. И потому что мы двигались, нам было холодно, но не очень.

И тут видим, а Кирилл Александрович снова пошел в школу. И его снова не пустили. И вот тут нам стало совсем не смешно уже. И стало понятно, что это не учебная тревога. Во время учебной тревоги учителей могут пустить в школу за курткой.

Тут мне позвонила мама и сказала, чтобы я шла домой. И она говорит: «Яся, мне пришло сообщение, что вы там стоите 2 часа уже! Почему ты мне не звонишь? Не мерзни, беги домой скорее! Я тоже бегу уже!» И я подумала: «Почему я не звоню маме, правда?» А я не звонила, потому что никто не звонил. Потому что из всего класса только у меня был телефон, я его сегодня забыла в комбинезоне в раздевалке. А у всех остальных телефоны остались в классе. А еще я не звонила потому, что думала, что нас быстро заведут обратно в школу.

Ирина Владимировна перезвонила маме, и меня отпустили домой. А рюкзак так и остался в школе. И другие дети остались. Ксюша уже плакала. И другие девочки плакали. Но когда им сказали, что сейчас их поведут отогреваться в детский сад, они немножко перестали плакать. А я думала – интересно, их будут кормить в садике полдником, или не будут?

Я пришла домой, а мама еще не пришла. Я сидела около нашей двери, и тут пришли соседи – соседская мама привела свою дочку Соню из школы, Соня тоже была без рюкзака. И Сонина мама говорит мне: «Заходи, Яся!»

И я зашла. Но мы даже поиграть не успели ни во что, как пришла мама.

И тут меня слезы сами полились. Я поняла, как мне было страшно. И как сейчас страшно. И я спросила маму, что случилось. А она рассказала, что сегодня многие школы эвакуировали. Но школы – это еще ничего. А страшно, когда эвакуировали больницы, и там люди после операций и малыши из реанимации. И мне стало жалко всех. И наш класс тоже стало жалко.

И я пошла отогреваться в ванной и плакать. И всех своих кукол взяла с собой. А мама мне принесла в ванну молоко с медом и сосиску с кетчупом.

А когда я поела прямо в ванной, мама спрашивает: «А Ирина Владимировна успела одеться?» А я говорю: «Успела». Она говорит: «А обуться?» Я говорю: «Успела». И рассказала, как Ирина Владимировна с нами пела и танцевала.

А мама заплакала и говорит: «Это у вас не Ирина Владимировна, а Януш Корчак какой-то».
А я не знаю, кто такой Януш Корчак. Но думаю, что кто-то хороший. Кто тоже знает песню «Оранжевое небо».

(2 comments | Leave a comment)


Previous Day [Archive] Next Day

> Go to Top
LiveJournal.com